Режиссер Иван Вырыпаев – о том, что такое волнение и почему искусству нужны рамки

Известный драматург выступил в «ЛенДоке» с лекцией

Драматург и режиссер Иван Вырыпаев рассказал, что такое искусство, почему запрещают «Матильду», а также прочитал отрывок из своей новой пьесы. В зале не было ни одного свободного места. Но корреспондент «ПД» одно все же занял. Мероприятие было заявлено как лекция, но это скорее напоминало трехактный моноспектакль.

ПРО ИСКУССТВО

У искусства всегда – всегда есть рамки. Это главное в искусстве. Внутри этой рамы художник может говорить обо всем. Рамка – это стена, которая разделяет реальность от искусства. И не надо эту стену ломать. То, какой будет рама, зависит от вида искусства. В театре рама – это сцена, декорации и зрители, сидящие в темноте.

Я вам сейчас прочитаю стихотворение: 
«И выезжает на Ордынку
такси с больными седоками,
и мертвецы стоят в обнимку
с особняками».

Это Бродский. Классно написал. Здесь рамка выставляется за счет формы стихотворения и его автора. Бродский – это искусство. Это можно увидеть сразу.

Важно не только наличие этой рамы, но и то, как она выставлена. Вы знаете, что очень много скандала вокруг фильма «Матильда». Я думаю, это потому, что там неправильно выставлены рамки. Объясняю: Николай Второй – реальная историческая личность с реальными фактами из жизни. Факты для режиссера – это всегда риск. И соблазн принести их в жертву сюжету всегда велик. Если ты хочешь сделать из императора произведение искусства, выставь правильные рамки. Пусть это будет не Николай, а какой-нибудь Никита где-то не в России. Я думаю, что это правильная рамка.

Резюмирую: голая женщина – искусство? Искусство, только в рамке.

Унитаз, выставленный Дюшаном в музее, – искусство. Потому что музей – это тоже рама. Вот как это работает.

ПРО ТВОРЧЕСТВО

Когда я смотрю на искусство, замираю в состоянии «Вау!». Я соединяюсь с невероятным каким-то знанием, исходящим откуда-то извне. Я обнаруживаю, что я есть больше, чем просто объект. И что вокруг меня тоже есть кто-то, с которым я должен пойти на контакт. Во мне просыпается нечто удивительное. Духовность. Дальше идет вопрос: «Зачем это все?» И этот вопрос внутри расширяется и становится смыслообразующим. Поиск ответа на этот вопрос и есть творческая энергия, которая возникла из ничего, как большой взрыв. На самом деле не из ничего, а из полноты.

Главный принцип творчества – это контакт. Мы все занимаемся творчеством. Дворник, таксист, музыкант, учитель. Все может быть творчеством, если в процессе действия сознание человека направлено на то, что это творчество.

А искусство – это то, что создает внутри человека творческие мотивы и вопросы: «кто я», «что я» и «зачем», которые являются началом духовности.

ПРО «ВОЛНЕНИЕ»

Свою речь драматург закончил отрывком из своего спектакля «Волнение», премьера которого еще не состоялась. Отрывок написан в стихотворной форме и, по словам самого автора, должен звучать в конце спектакля:

Когда я вижу тебя, то ты совсем не та, кого я люблю.

А ты для меня являешься тем, что должно было пройти, но не прошло.

Ты для меня являешься сном, в котором есть только цветы, запах соли и мертвая ткань.

Волнение – это потребность любить того, кого нет. Того, кого нет в живых. Волнение – это значит любить того, кто струится ручьем и всегда, всегда является тем, что нельзя ухватить. Тем, чем нельзя овладеть. Тем, о чем невозможно молчать. Невозможно говорить. Потому что слова – это только то, что я говорю тебе о любви. Это – не любовь. Это совсем не любовь. Тишина, как и слова, произнесенные вслух, – это вряд ли любовь. Это совсем не любовь. Потому что любовь – это ты, волнение, возникшее где-то в груди.

Источник: spbdnevnik.ru